Керолин Нерби: «Двойная радуга: аутизм и маскулинность»

Источник: Bitch Media

Во время написания этой серии я несколько раз затрагивала тему аутичной маскулинности и понимания аутизма как «экстремально мужского мозга». В этом посте я хочу подробнее рассмотреть вопросы аутизма и маскулинности. Эти вопросы кажутся довольно противоречивыми: несмотря на то, что аутизм ошибочно считают состоянием, распространенным преимущественно среди цисгендерных мужчин, и даже воспринимают его как крайнюю степень «мужского мышления», аутичность рассматривается в популярной культуре как неполноценная, искаженная версия маскулинности.

В прошлом я уже рассматривала и критиковала теорию Симона Барон-Кохена о том, что аутизм является проявлением «крайней степени мужского мозга». Это действительно то, чем кажется. Идея о том, что аутизм можно описать как «крайнюю степень мужского мозга» означает, что существуют «мужские» и «женские» мозги, которые, к тому же, еще и отличаются друг от друга. Для поддержания своей теории Барон-Кохен использует идею о влиянии тестостерона на  развитие мозга. И, конечно же, он связывает высокий уровень тестостерона с гендерно-обусловленной маскулинностью.

Итак, я придерживаюсь теории о том, что гендер- социальный конструкт, более того, я считаю, что практически все является социальным конструктом. Но я не могу знать все, и я всего лишь социолог. Вполне вероятно, что тестостерон оказывает влияние на развитие мозга. Я считаю вполне возможным то, что он может изменять его развитие. Мое неприятие эссенциалистской теории Барон-Кохена основано на совершенно других фактах: дело в том, что разные люди вырабатывают разное количество тестостерона (а некоторые его вообще не вырабатывают). Тестостерон не является исключительно «мужским» гормоном. «Мужчины»- это просто модель. Дело в том, что понятие биологического пола, как и понятие гендера, является социальным конструктом. Более того, есть другие виды «пола» кроме «мужчины» и «женщины». У людей могут быть самые разные вариации развития и сочетания гениталий,  вторичных половых признаков, и гормональных особенностей. Пол не определяется исключительно хромосомами — да, существуют «мужчины» с XX хромосомами и «женщины» с XY хромосомами, но существуют и другие хромосомные вариации. (Примечание: я изучаю эту тему на сайте Интерсекс Сообщества Северной Америки  (Intersex Society of North America), организации, которая перестала функционировать несколько лет назад. Но несмотря на этот факт, ее сайт продолжает оставаться полезным источником информации).

Идея о том, что мужчины и женщины:  A) являются постоянными и объективно существующими категориями; B) по своей природе, физиологически сильно отличаются друг от друга; разумеется, появилась задолго до Барон-Кохена.  Именно она лежит в основе стереотипов о том, что женщины по своей природе больше склонны к эмпатии, к языкам и к пониманию эмоций, а мужчины являются более сдержанными, рациональными и логичными. Эти сексистские стереотипы повлияли на то, что с момента «открытия» аутизма в 1940-х годах и до недавнего времени аутизм ассоциировался исключительно с мальчиками и мужчинами.

Несмотря на то, что аутизм ассоциируется с проявлением каких-то «мужских» черт, само состояние, разумеется, не является чем-то вроде «гипермаскулинности». Зачастую он несовместим с тем, что является гегемонной, доминирующей маскулинностью. Более того, во многом он является угрозой представлениям о нормативной маскулинности.
  Рассмотрим высказывание Майя Холмер Нэдисен в Constructing Autism:

 «Учитывая повышенное внимание к гендерным, когнитивным и нейрологическим вопросам в начале двадцатого века, можно предположить, что одной из причин этого внимания является культурное беспокойство о том, что же такое маскулинность. В этот период маскулинность уже переставала ассоциироваться с возможностью быть воином. Учитывая бесполезность воинских навыков в корпоративной жизни, маскулинности стали приписывать другие характеристики, такие как рациональность. На основании этой идеи можно сказать, что приписываемые мужчинам «врожденные» черты вроде технического/аналитического мышления (с упором на «инженерное» мышление), выставляют стереотипный аутизм, который ассоциируется с парнями, как крайнюю степень этого мышления, и как возможную «плату» за такие склонности».

Я во всем этом не уверена. Я не уверена, что новое восприятие «маскулинности» настолько пронзило общество, что вытеснило воинственный «мачизм».

Я считаю, что аутизм — и инвалидность в целом — бросает вызов гегемонной стереотипной маскулинности на более фундаментальном уровне. Для того, чтобы объяснить свою мысль, приведу цитату из фильма Адам. Отец главной героини, девушки аутичного Адама, говорит ей: «Он в этом не виноват, но он больше похож на ребенка, чем на взрослого человека. Он никогда не будет тем мужчиной, которым ты будешь восхищаться, на которого тебе будет приятно смотреть…»
Итак, из-за того, что Адам не демонстрирует «правильную» маскулинность, он воспринимается как нежеланный, недостойный отношений (во всяком случае, с неаутичной женщиной). Он считается эмоционально зависимым, «как ребенок» — или как женщина.

В популярной культуре часто инфантилизируют аутичных женщин, и женщин с другими видами инвалидности. Их продолжают изображать непоследовательными, эмоциональными и нуждающимися в рациональном наставничестве мужчины без инвалидности. В то время как характеристики, делающие аутичных людей аутичными воспринимаются как «маскулинные», те аутичные характеристики, которые считаются «детскими» делают нас «слишком женственными». Вот почему я считаю, что аутизм не является «кризисом маскулинности». В нашей культуре самым плохим, что может случиться с мужчиной, является его возможная «женственность». Аутичные люди — и особенно аутичные мужчины — считаются крайне противоречивыми, потому что, с одной стороны, они кажутся крайне маскулинными, а с другой стороны — крайне женственными. В некоторой степени, страх по отношению к аутичным мужчинам основан на этом самом «противоречии», которое, в свою очередь, появилось исключительно благодаря старому доброму сексизму. Женственная маскулинность, свойственная аутичности, считается «бракованной». Она лишена своей гегемонной силы — кастрирована, как сказали бы поклонники Фрейда.

А что в данной системе происходит с аутичной «феминностью»? Она игнорируется. Одним из главных аспектов популярной книги    Asperger’s and Girls является изучение аутичной феминности (хотя в этой книге оно довольно слабое). На данный момент, аутичная феминность маргинализируется, аутичная маскулинность считается «бракованной», своей «неполноценностью» угрожающей гендерным представлениям о маскулинности, а приписываемые женщинам черты, проявляющиеся у аутичных парней, считаются признаком «неправильности» аутичных людей. Из-за этого неправильным считается весь спектр гендерного выражения аутичных людей. Аутичные люди не могут демонстрировать какие-либо гендерные идентичности, потому что любое гендерное проявление со стороны аутистов  патологизируется из-за сочетания институционально эйблизма и сексизма.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s